Поисковые отряды: кто хоронит героев войны

Более миллиона советских солдат, погибших в Великой Отечественной войне, числятся незахороненными. Количество бомб, мин и снарядов, которые находят ежегодно, исчисляется десятками тысяч. Отправляться в экспедиции одних добровольцев побуждает страсть к трофеям, которые можно выгодно продать, других — сознание того, что хоронить павших воинов больше некому.

Останки солдат обычно ищут два раза в год — весной, когда стаял снег, а травы еще нет, и осенью, когда снег еще не выпал. В майские праздники тепло, комаров еще нет, дачники едут сажать картошку, а поисковики — «копать бойцов». ​Бывший военнослужащий, разведчик ВДВ в отставке и руководитель Центра духовного и патриотического воспитания Подольского благочиния, Юрий Старостин вспоминает свою первую полевую экспедицию в Новгородскую область.

Нашли воронки, оставшиеся после артобстрела, в каждой — десятки тел. Мы подняли сразу более сотни человек. Это было лет 10 назад. Тогда до меня дошло, что в войну людям было просто не до похорон. Этих погибших по-быстрому снесли в яму после боя, фронт ушел.
Юрий Старостин

руководитель Центра духовного и патриотического воспитания Подольского благочиния

Когда я только начинал, меня больше всего потрясло, что при ежегодной пропагандисткой кампании наши герои по-прежнему лежат на полях. Почему же их тогда еще не похоронили? На этот вопрос мне как-то ответила одна женщина, ей было 16 лет во время войны: «Вот здесь за деревней погибло около 8 тысяч наших бойцов, а в деревне осталась я, мои две подруги, два деда и мужик без ноги. И кого мы могли похоронить — да и как?
Михаил Михин

поисковик, блогер

Если почва очень кислая, от человека остаются максимум четыре-пять крупных трубчатых костей — ноги и руки. Ребра, кости черепа и позвонки рассыпаются в прах. Бывает, находишь бойца: каска, сапоги, противогаз, винтовка, ремень застегнут — а костей нет, хоронить нечего. Бывает, напротив, человек погиб, и его сразу завалило глиной, или погиб в каком-нибудь болоте — останки почти не разлагались. Это же характерно для массовых захоронений: верхние слои — это скелеты, а нижние — мумии. Иногда человека можно опознать в лицо. Это морально тяжело.
Вадим Антонов

поисковик с 20-летним стажем, научный консультант военных игр

Для кого-то поиск — это увлечение, чем-то похожее на рыбалку. Приезжаешь на свежий воздух, открываешь очередной пузырек, садишься с мужиками возле костра. Есть и те, кто ездит ради трофеев — хабар это называется. Есть любители немцев, есть те, кто по СС работают — считается, что это редкая находка. У меня эта «железная болезнь» прошла за год примерно. Я увидел столько разного железа, что вообще перестал что-либо привозить из леса. Хотя считается хорошим тоном привезти сувенир из экспедиции — портсигар, например.
Михаил Михин

поисковик, блогер

Советский народ в войне победил, это для меня окончательный аргумент. Выразить уважение к подвигу и вернуть хотя бы отчасти личный долг павшим солдатам могу с лопатой в руках. Они для меня — свои, а своих бросать нельзя, тем более на войне.
Михаил Михин

поисковик, блогер

Сколько человек погибло в Великой Отечественной войне, точно не знает никто. По данным Министерства обороны, озвученным в начале 1990-х, потери составили 26,6 миллиона, из них 8,7 миллиона — военнослужащие. Историки считают, что эти цифры не учитывают партизан, значительной части добровольцев и просто бойцов — женщин и мужчин — старше 49 лет.

Еще один спорный пункт — кого погибло больше, военных или гражданских. По официальной версии, потери среди военнослужащих у советских и немецких солдат сопоставимы, а огромные потери среди гражданского населения объясняются зверствами фашистов. Ученые, основываясь на карточках учета безвозвратных потерь Центрального архива Министерства обороны, приводят цифры в 13−15 миллионов военнослужащих, при этом общая цифра — около 27 миллионов погибших — остается неизменной. Спор осложняется пробелами в документации: что-то утеряно, что-то засекречено.

Последний долг

Даже после войны выжившим было не до захоронения павших. Михин приводит пример советского бойца, найденного поисковиками в траншее. По документам он значился погребенным после боя близ деревни, а затем дважды перезахороненным во время укрупнения воинских кладбищ. То есть по бумагам — похоронен трижды. «Обычное дело. Пришла телеграмма в колхоз — перезахоронить. А что в колхозе осталось? Лошадь, а если повезло — то списанный из армии грузовой ГАЗ-АА, бабы да ребятишки. Вот и хоронили только по документам», — говорит он.

Из более 7 миллионов военнослужащих именная могила есть лишь у каждого третьего, остальные две трети воинов — неизвестные солдаты. Из них 1 млн 300 тысяч человек и вовсе числятся незахороненными. В 2014 году из 48 тысяч воинских кладбищ в России и за рубежом, только у 31 тысячи были паспорта — специальные учетные карточки с описанием захоронения, количеством и, если известны, именами похороненных солдат.

«Страна пережила огромную войну, было не до таких деталей, — говорит Михин. — Идешь по распаханному полю, кости из земли торчат. Надо хлеб сеять, а где его сеять, если все поля забиты мертвыми? Значит, прямо по полям надо сеять. Ну, а что еще делать?».

Только за 2014 год, по данным ООД «Поисковое движение России», в 35 регионах найдены и перезахоронены останки около 12 900 солдат и офицеров. Большинство из них идентифицировать не удалось.

Но идентифицируют солдат не по останкам, а по личным вещам и документам: подписанный котелок, портсигар, награды, именной пистолет — все это может помочь опознать погибшего.

«Лет семь назад подняли бойца, при нем была ложка, а на ней фамилия и инициалы — “Мозговой М. Г.”, и еще: “Латвия” и “Литва”, — вспоминает Антонов. — Конечно, нельзя утверждать, что ложка принадлежит именно этому человеку, но вероятность велика, так как на войне ложка представляла большую ценность и ее берегли».

2018-04-16 19:41:49
Источник: Новости Mail.Ru
Ретрансляция: Новости Mail.Ru



ТОП ЛУЧШИХ ЦЕН В ИНТЕРНЕТЕ